# Сила предсказания

Елена Негласная

Не юмор! Хм. Повторю ещё раз: не юмор!! ...Просто герой, просто приключения, просто немного раздумий о смысле жизни и о жизненных смыслах.


Upd: 27.07.07

Как это бывает


Что делать, если ты - как это часто пишут в фантастических книжках, - силой чьей-то воли и желания попал в другой, незнакомый и чуждый тебе мир? Правильно. Попытаться вернуться домой.

А если, - как, опять же, пишут в большей части этих книжек, - для того, чтобы вернуться домой, тебе нужно справиться с неким заданием? Правильно. Как всегда, спасти мир.

А если ты, не смотря на возмущение и нелюбовь к этим чёртовым испытателям-неудачникам, всё же спасёшь мир? Правильно. Тебя ждёт всеобщий почёт и искренняя благодарность.

А если... уфф... Устал уже. Лучше по-другому.

Благодарность, как известно, вещь эфемерная, если она не выражается в виде вполне материальной награды. Каковую ты и получил, став хорошо обеспеченным человеком, по меркам этого мира.

Но даже в такой, казалось бы, справедливой ситуации, эти светлые и явно свихнувшиеся умы умудрились зарыть в шкафу бо-ольшущий такой скелет собаки...

Который ты быстро откопал и взъярился не на шутку. Поругался со всеми, до чьей бороды смог дотянуться, помянул по матушке и иным родственникам всех, кого смог вспомнить в тот момент, и ушёл, хлопнув дверью так, что рухнула вся стена - только дверь и осталась стоять.

А исправлять что-либо, естественно, было уже поздно.

Ты вернулся в родной мир - хотя бы в этом не обманули, волшебники чёртовы! - с его захламленными мегаполисами и повсеместно занятыми своими серьёзными делами знакомыми и незнакомыми людьми. Весь день ты ругался, шипел и плевался, не смотря на все попытки держать негативные эмоции в себе. Вечером, уставший и издёргавшийся, улёгся спать и сразу отрубился.

Чтобы вновь оказаться в печально знакомом "мире меча и магии"...

В котором после твоего скандального ухода прошёл всего лишь месяц...

И с ужасом осознать, что вот такие "ночные кошмары" ждут тебя всю оставшуюся жизнь.


Кто знает, что ждёт нас?

Кто знает, что будет?

И сильный будет,

И подлый будет,

И смерть придёт

И на смерть осудит -

Не надо в грядущее взор погружать...


(с) Стругацкие


Пролог


Дело близилось к полудню. Под мягкими солнечными лучами грелся город, подсыхали мокрые крыши и мостовые. Лениво, будто неуверенно, из караулки у главных ворот выбирались стражники, занимая свои посты. Приветливо распахнулись окованные металлом створки, и первым в город ворвался ветер, пахнущий одновременно пылью дорог и свежестью утреннего дождя.

Желающих пройти в город оказалось до обидного мало, и стражники быстро поделили между собой троих человек. Главному караульному достался небогатый купец, приехавший за рыбой - въезд телег облагался дополнительной податью. Второй занялся мастеровым-наёмником, пытающимся найти работу - что тоже облагалось немалым налогом, как "неопределённое занятие". Третьему достался опасного вида мужчина, судя по всему, тоже наёмник, только воин. Четвёртый, самый молодой стражник, остался ждать своей добычи, прислонившись к створке ворот и лениво пожёвывая травинку.

Купец и мастеровой быстро отделались от стражи и вошли в город, а вот с воином что-то не ладилось.

- Нет, я не собираюсь искать в Граддаре работу... Не знаю, насколько я задержусь, но вряд ли надолго... Хочу попасть на корабль... А вот это уже не ваше дело... - глухо и безразлично доносилось из-под глубокого капюшона тёмной кожаной куртки. Одет воин был вполне обычно для своей профессии: узкие прямые штаны тёмной ткани, заправленные в сапоги, куртка - вся в металлических полосках, украшенная необычными белыми перламутровыми пуговицами. На поясе - короткий лёгкий меч в ножнах и длинный кинжал с узким лезвием, за плечами - мешок, небольшой и аккуратный, сразу видно, человек привык путешествовать. Кроме того, спереди на поясе было что-то вроде приделанного накрепко кожаного кошелька прямоугольной формы с нарисованной на нём странной двуглавой птицей.

Разговор пошёл по второму кругу, а воин всё не понимал - или не хотел понять, - чего от него добивается доблестный страж порядка. Наконец главному караульному это надоело, и он небрежным голосом сообщил в пространство:

- Достаточно добавить пару монет, юноша, - пожалуй, только для седоусого немолодого стражника воин и мог быть юношей, - и не будет никаких проблем ни с бумагами, ни с проживанием в городе "неопределённое время"...

- Вот ещё, - фыркнул воин, не сдержавшись. - Я плачу налог за вход в город. А за оформление бумаг налога не взимается.

- Верно, - кивнул седоусый, задумчиво рассматривая упрямца. - Вот только мы можем подумать, что ты приехал в наш город с целью незаконной деятельности, и в таком случае имеем право тебя не пускать...

- Вот как? - сверкнули глаза из-под капюшона. Хотя дождь уже час как кончился, странный мужчина не торопился его снимать, что только больше настораживало стражников. - В таком случае, я доплачу. Но имейте в виду - мечи есть у всех путников. И одежда тоже, в каком бы она ни была состоянии. А вы... вы скоро прекратите свою незаконную деятельность.

Последние слова, не смотря на спокойный голос, прозвучали настолько угрожающе, что никто не стал останавливать воина, всучившего ещё две монеты главному караульному и быстрым шагом вошедшего в город. Только седоусый встревоженно смотрел ему в след, а младший стражник, протяжно свистнув, покрутил кулаком у виска.


## Глава 1


Мостовая оказалась аккуратной и ровной, чуть наклонённой к стенам домов и упирающейся в сточные канавы, окаймляющие улицу.

Ну надо же! Не прошло и двести лет, как власти города решились отремонтировать улицы. В прошлый раз, когда я здесь был, город представлял из себя наполовину помойку, наполовину скотный двор, причём этот "скотный двор" пропах рыбой от погребов до крыш.

Запах рыбы и сейчас никуда не делся, но идти по чистой улице, пропахшей рыбой, гораздо приятнее, чем по грязной, пропитавшейся целым сонмом "ароматов"...

Бежевый камень мостовой и домов плавно сменился светло-коричневым, а потом и тёмно-коричневым цветом улиц. Это я свернул с главного Открытого Луча на 7-ю Дугу, а потом и вовсе на один из маленьких Лучиков.

Крупнейший в стране город-порт, рай для рыбаков и мореходов, Граддар при взгляде сверху оказался бы почти ровным полукругом, стоящим на низком песчаном побережье. Четыре улицы-Луча назывались Открытыми, потому что вели от ворот в городской стене прямо до района портовых складов. Маленькие Лучики, не стесняясь в выборе направления, вели откуда хотели и куда хотели. Полукруглые Дуги, величественные и ровные, соединяли между собой территории побережья, Открытые Лучи и прочие улицы.

Чем-то мне нравилась такая геометрически верная застройка города. Может быть, тем, что прошатавшись полтора века неизвестно где и вернувшись сюда, я смог с первого раза вспомнить дорогу до любимой гостиницы? Вот и знакомое тёмно-бордовое здание показалось. В глубине секторов, вдали от главных улиц, за цветом камня для постройки следили явно не так тщательно.

Распахнув дверь с неизменным бронзовым колокольчиком, я оказался в небольшом холле. Слева вдоль стены выстроились стулья со спинками и один кожаный диван. Кожаный скорее по необходимости, чем для шика - ведь кожу проще и быстрее помыть-вычистить, чем тряпочную обивку.

В правой стене выстроился целый ряд дверей, а напротив входа, в дальнем конце холла, стоял небольшой столик с толстой тетрадью и самопишущим пером поверх замызганной обложки.

Ностальгически улыбнувшись, я снова распахнул и хлопнул дверью, вызвав яростно-возмущённый перезвон.

Под столом зашебуршились, и с тихим "ой!" над столешницей показалась голова маленькой девчушки, сосредоточенно потирающей макушку. На вид ей было лет десять. Увидев меня, девчушка испуганно подскочила и рванула к ближайшей двери, выронив самодельный браслет из разноцветных камушков, только что извлечённый из-под стола.

Я вздохнул и тряхнул головой, скидывая на плечи капюшон. Надо было это сделать с самого начала.

Подойдя к столику, я подгрёб к себе рассыпавшиеся камушки и стал нанизывать их обратно на нитку. Браслет был уже почти собран, когда ближайшая дверь распахнулась и из неё показался хозяин гостиницы. Вернее, хозяйка.

Девушка, моложе меня лет на десять и настолько же старше своей младшей сестры. Серьёзная, собранная, в штанах и рубашке, стянутой толстым поясом. На боку красуются ножны кинжала, рукоять которого немного нервно сжимает тонкая девичья кисть. Извлекать из ножен пока не торопится, но клинок чуть приподняла, чтобы иметь возможность вытащить его мгновенно. Сразу видно - обращаться с оружием девушка умеет.

- Здравствуйте, - я выпрямился, демонстративно держа в руках порвавшийся браслет - аккуратно, за оба конца ниточки, чтобы камушки не соскользнули обратно на пол. - Извините, что напугал. Просто забыл скинуть капюшон.

Голос прозвучал простуженно - хрипло и неуверенно. Хотя причина была вовсе не в недавнем дожде и даже не в двух ночёвках подряд под открытым небом в такую промозглую погоду.

- Здравствуйте, - девушка тоже смутилась, отступая на шаг назад и убирая руку с кинжала. - Вы, наверное, промокли?

- Нет, - поспешил откреститься я, силой воли возвращая голосу обычное нейтрально-уверенное звучание. - Нет, не промок. Но от ванны не откажусь. У вас ведь есть свободные комнаты с ванной?

- Да, конечно, - девушка наконец опомнилась и засуетилась. Первым делом забрала у меня браслет и вручила сестрёнке, выглядывающей из-за юбки, потом старательно записала в книгу учёта продиктованное имя и вручила ключ от восьмой комнаты.

Я привычно открыл дверь на лестницу - она открывается от себя, а не на себя, как все нормальные двери в этим мире, и поднялся на второй этаж. Комната была светлой, чистой и не страдала отсутствием мебели, как номера в большинстве гостиниц этого мира. Повесив сушиться куртку и штаны и бросив на кровать остальные пожитки, я сунулся в ванную. Большая металлическая бадья уже наполнилась водой, из отверстия трубы выливались последние капли. Кранов на трубах здесь не придумали, хотя водопровод имел место быть. Подача и температура воды контролировалась только хозяином дома - с помощью нехитрых магических амулетов.

Замёрзшим пальцам окутанная паром вода показалась обжигающе горячей, но я смело погрузился в ванну. После минутного малодушного желания выскочить из неё вон, пришло, наконец, долгожданное расслабляющее тепло.

Интересно, кем она приходится Викру, задумался я, блаженствуя в чистой и тёплой воде. Внучка? Нет, скорее правнучка. Хотя какая разница, всё равно Викра уже давно нет в живых.

В том, что нынешняя хозяйка гостиницы - наследница моего знакомого, я не сомневался. Видна порода, что называется. Да и её сестрёнка тоже похожа на прадеда, хоть и мелкая ещё совсем.

Я же забыл спросить, как её зовут! Накатило нестерпимое желание постучать головой об стенку металлической ванны - не мозгов, так хоть звона под черепом прибавится.

Ну ладно, ещё успеется, утешился я, как следует растираясь мочалкой из волокон какого-то дерева. Мыла в этом мире не придумали в принципе. Хочешь - сдирай грязь вместе с кожей, не хочешь - не сдирай. Посуду вообще песком моют, для дезинфекции используют соду - конечно, если речь не идёт о промывании ран. Короче, дикий и нецивилизованный мир.

Натёршись до равномерно-помидорного цвета, я в последний раз окунулся в остывшую и мутную воду и вылез из ванны. Комплект чистой одежды превратил жизнь если не в рай, то по крайней мере в нейтральную территорию.

Спустившись в холл на первый этаж, я заказал мелкой супа и говядины на обед, попутно выяснив, что её зовут Нитой, а старшую сестру - Корой. Пока мы в четыре руки чинили браслет, завязывая концы и делая мудрёную застёжку, мелкая успела рассказать, что владелица гостиницы действительно Кора, как самая старшая представительница семьи. Отец был рыбаком и не вернулся из моря три года назад, а мать умерла после рождения Ниты.

Конечно, девочки не вдвоём содержали гостиницу. Кроме них, были ещё повар, прачка и молодой воин, друг-охранник, заменяющий Ниту ночью. То, что по ночам этот друг занят, меня несказанно обрадовало, как я ни уверял себя, что мне это должно быть безразлично.

И вообще, я в Граддаре по делу.


После вкусного и сытного обеда я позволил себе короткий отдых. Ведь, не смотря на весь мой опыт 'бродяжничества', как я это называю, пройти больше двадцати километров, даже не позавтракав, - это приличная нагрузка. Тем более, под холодным дождём.

Честно говоря, мне очень хотелось забить на всё и устроить сегодня внеплановый отдых. И, может быть, я бы так и сделал, если бы не маленький клочок энергии, возникший из ниоткуда и быстро впитавшийся в мою ауру.

Естественно, я отвлёкся, выясняя, откуда взялся этот приблудыш. И очень удивился, узнав в нём часть моего сегодняшнего предсказания - такого быстродействия я от него не ожидал.

Если уточнять по магической классификации, то моя утренняя выходка была простейшим предсказанием, тип воздействия - 'закрепление конечного результата'. А если объяснять по-человечески, то я просто лишил стражников свободы выбора, заставляя их действовать так, чтобы наказание свершилось.

Обычно такого типа воздействия очень энергоёмки и сложны в исполнении, но не в этот раз. Собственно, для этих стражников вероятность быть пойманными 'на горячем' и получить служебное взыскание равнялась процентам восьмидесяти. Или даже восьмидесяти пяти. А я всего лишь увеличил её до ста.

Мысленно отыскав клочок вернувшийся энергии, я стал его 'считывать' - интересно же, на кого в итоге напоролись эти любители коррупции?

Угу. Молодой парень, пеший, без плаща, котомки и даже верхней куртки. Рубашка изорвана, штаны укорочены до колен. Кроме того, он весь чумазый, с ног до головы - даже волосы висят грязными сосульками... Прям оборванец из деревни, иначе не скажешь. Только ножны с мечом, висящие на поясе, выбиваются из картины.

Естественно, такого охламона-грязнулю (*Охламонами в этом мире полуофициально называют деревенских жителей - прим. автора*) в город попытались не пустить - своих попрошаек достаточно. И ни один стражник даже не вспомнил моё предсказание об 'одежде, в каком бы она ни была состоянии'. Зато я наконец выудил из закромов памяти случай, когда я видел этого парня, показавшегося мне знакомым.

На тракте, в полудне пешего пути от города. Я тогда обогнал обоз, завязший в грязи и обременённый сломавшейся телегой. Ни один купец не бросит свой товар, так и хозяин обоза пытался распределить груз безнадёжно поломанной повозки между раздражённым верховым сопровождением и остальными телегами. А причины для поломки транспорта были, конечно, очень веские - ведь с хлипкой и ненадёжной телегой никто не поедет в долгий путь.

При чуть более внимательном рассмотрении веской причиной оказалось нападение на караван, судя по всему, разбойников. Борта повозок были испещрены свежими зарубками и следами от выдернутых стрел. Несколько верховых лошадей гуляли без хозяев, да ещё на шкуре у двух из них сочились кровью свежие раны. Люди тоже выглядели потрёпанно, хотя о себе позаботились в первую очередь. Мертвых не было видно - скорее всего, их отволокли подальше от дороги. Даже на земле и траве уже не сверкали алые пятна - их скрыла бурая слякоть дороги и растоптали десятки ног.

Пострадала, конечно, самая первая и самая большая повозка. Она лежала на боку, разбросав тюки с товарами по глубокой грязи. Два борта, передний и правый, разлетелись в щепу, а задний задумчиво покачивался на ветру, держась только на честном слове и нежелании падать в мутную лужу. Неподалёку лежало массивное неочищенное бревно, так неудачно опрокинувшее повозку. Или - удачно, если говорить с точки зрения разбойников.

Молодой парень, возмутивший доблестных стражей главных ворот Граддара, был сыном владельца каравана, молодым хозяином и будущим наследником всего дела. Как раз при мне он снимал безнадёжно испорченные куртку и плащ и обрезал бахрому, образовавшуюся на месте штанин пониже колен. Помнится, тогда же парень взял одну из бесхозных лошадей и поскакал в город, позвать подмогу из стражников и слуг купца - первые должны были прочесать округу и поймать оставшихся в живых разбойников, вторые - помочь каравану наконец достичь города.

Видимо, что-то капитально задержало молодого господина, раз он явился в город позже меня и пешим. Вариантов, вообще говоря, существует немного... Но они мне неинтересны. Может так оказаться, что вообще единственной причиной его непрезентабельного вида является моё предсказание. Что меня тоже не особо волнует - лишних смертей не случилось, это я точно знаю, серьёзных бед тоже, а всё остальное не важно.


Зато, не позже чем завтра, городская купеческая гильдия подаст жалобу на сегодняшних караульных. А поскольку налог, уплачиваемый купцами и торговцами морепродуктами - это основная статья дохода города, то я не завидую горе-стражникам. Получат по пятое число и будут всю оставшуюся жизнь патрулировать предпортовые районы... И всё из-за моего предсказания.


Цинично усмехнувшись, я наконец оторвал взгляд от мостовой. Вышел из гостиницы я уже довольно давно, с намерением прогуляться, освежить в памяти город и, так сказать, прозондировать почву для моих дальнейших дел.


Между тем жилая часть города уже кончилась. Мостовая стала темнее и грязнее, дома - ниже. То и дело виднелись разухабистые вывески пивных и завлекающие - 'домов нежности'. Надо признать, последние в этим мире действительно были на высоте... Но это я отвлёкся.


Скоро и район пивных, борделей и ночлежек остался позади, а впереди невнятной однородной массой растеклись по побережью торговые склады. Только через двадцать минут я миновал похожие друг на друга как две капли воды и одинаково поблёскивающие инеем от заклинаний 'вечного холода' высокие стены. Они расступились неожиданно, будто строгие и неподкупные стражи, внезапно спасовавшие перед настырным упорством человека, идущего вперёд не смотря ни на что.


Как и тот человек, не ожидавший от стражей такого поступка, я так же ошеломлённо замер, внезапно оказавшись на залитой солнцем тёплой набережной, аккуратным бордюром огораживающей полотно ленивых океанских волн от расстелившийся по всему побережью каменной рукотворной мозаики.


Граддар. Единственный по-настоящему морской город в этом мире...


Лазурное полукружие морской глади тёмными полосами плавучих понтонов разделялось на три сектора. На самом деле секторов было больше, но сейчас я видел только три - левый береговой, левый причальный и левый грузовой. Собственно говоря, это была вся левая половина акватории города - и она раскинулась передо мной как на ладони.


В самом крайнем секторе, береговом, по мелководью сновали туда-сюда прогулочные лодочки. Там за умеренную плату любой желающий мог нанять плав.средство и покататься вдоль побережья, рассматривая множество морских обитателей этих мест. Разноцветные рыбки, всевозможные водоросли и множество других существ водились здесь только благодаря причуде водных магов - они не давали разорить этот райский уголок, обихаживали его и частенько проводили здесь какие-то свои, мудрёные эксперименты.


Второй сектор - причальный, - назывался так по вполне понятной причине. Там пришватовывались небольшие рыболовецкие суда, частные парусные лодки и прочая несерьёзная мелочь. Большие грузовые корабли, обычно являющиеся собственностью торговых сообществ, никогда не заходили внутрь секторов. Они вставали на якорь рядом с внутренней стороной Морской Дуги - искуственно созданного рифа, исполняющего обязанности волнореза в сезон штормов и при южных ветрах.


А третий сектор использовался для того, чтобы перевозить грузы с торговых многомачтовых гигантов в береговые склады. Целые вереницы лодок сновали по грузовому сектору туда-обратно, невольно напоминая оживлённый городской проспект в час пик.


Игнорируя Грузовой и Причальный Морские Лучи, я прогулялся вдоль берега до ближнего конца рифа. Ещё полчаса - и вот я уже стою в дальней части Морской Дуги, километрах в двух от линии прибоя и всего в трёх метрах от открытого моря...


Здесь вода уже не лазурная - она синяя, глубокая и непрозрачная. Так и хочется нырнуть в её волны и позаимствовать хоть немного той неисчерпаемой энергии, которая позволяет морю вечно быть живым...


Но удовольствие от новой встречи уступает место испугу, когда взгляд невольно поднимается выше. Тёмная водная гладь простирается во все стороны, баюкая редкие и яркие песчинки кораблей. А далеко впереди, со стороны открытого моря, светлое дневное небо сменяется мутной хмарью грозовых туч. Очень тёмных туч, даже для океана. Почти чёрных.


Шторм, так я его назвал. С большой буквы.


На меня накатило странное, захватывающее и манящее чувство. Оттенок опасности и отчаяния придавал ему только большую силу... Чувство собственной Судьбы.


Каким же я был идиотом тогда - много лет назад... Но за все глупости нужно расплачиваться, и я готов к расчёту. Что, впрочем, совсем не помешает мне торговаться с госпожой Удачей и господином Роком - ведь даже Судьба иногда идёт на уступки.


Пусть моё первое предсказание кончится хорошо, загадал я - и бросил в пенный прибой большую жемчужину. На удачу, так верят местные жители. Да хотя бы на удачу... Никакая поддержка не будет лишней в этой моей авантюре.


Горизонт уже начал темнеть, когда я спохватился, что пора прощаться с морем - тем более, что в ближайшие несколько месяцев я точно успею налюбоваться водной стихией.


Когда я сошёл с рифа на набережную, на город опустился вечер. Добросовестные горожане зажигали факелы рядом со своим домом, уставшие за день стражники закрывали ворота, а новая смена стражей порядка, гулко перекрикиваясь, выходила патрулировать опасные районы. Тёмная масса портовых складов превратилась в холодный лабиринт, и входить в этот рай для воров мне очень не хочется. А придётся - другой дорогой мне до гостиницы не добраться.


Засмотревшись на тёмные провалы лабиринта, я в последний момент заметил, что на набережной я не один, и с большим трудом обогнул тёмный силуэт стоящего человека. Ну, не столкнулись, и ладно. Бросив последний взгляд на неподвижную фигуру, я замер, как вкопанный.


Не заметным чужому глазу полупрозрачным ореолом над человеком реяло предсказание. Моё, конечно. Иначе я не заметил бы его без погружения в субреальность.


Присмотревшись получше, я желчно усмехнулся. Вот и первый попутчик нашёлся в моём сумашедшем плавании - а я собирался завтра идти его искать. Но эта случайная встреча, несомненно, только к лучшему.